"Путешествие в Суксун"

Путешествие в Суксун


- Серёжка, завтра с тобой на рынок в Суксун поедем!- сообщил мне отец ближе к вечеру.
На рынок, в Суксун… Я за свои десять лет ни разу там не был, хоть наша деревня Дикое Озеро всего в десяти километрах от районного центра.
Пробираюсь через заросли крапивы к деревянному сараю, залезаю по лестнице на крышу. С нее хорошо видны немногочисленные домики моей деревни, поля и дальние леса, и даже одно из наших озер – Круглое. Оно такое глубокое, что мужики как- то закидывали в него вожжи и так и не смогли измерить глубину. Но мы ничего не боимся и летом, когда вода становится теплой, всегда купаемся в нем. Виднеется с крыши и дорога, куда лежит путь в неведомый и прекрасный посёлок Суксун. Закрываю глаза и с наслаждением слушаю тягучий басовитый заводской гудок, который доносится до нас со стороны Суксуна. Даже не верится, что я завтра там окажусь!
Ложусь спать пораньше и представляю, как я буду разгуливать по рынку, рассматривать торговцев с товаром, как, наконец, увижу пруд, о котором так много слышал, плотину и заводские цеха… Пытаюсь спать, но сон упорно убегает от меня, всё думаю о завтрашней поездке.
- Вставай, сынок, пора! – отец теребит меня за плечо,- Пять утра, собираться будем!
- Пап, можно еще поспать,- бормочу я. Мне уже не нужен ни Суксун, ни рынок, ни пруд, только бы ещё урвать несколько минут сна. Нехотя поднимаюсь, выхожу во двор, умываюсь ледяной водой из рукомойника, прибитому к старой липе. Становится немного легче. Идем с отцом на конюшню. Конь Рыжик проснулся и недоуменно смотрит на нас большими оливковыми глазами. Что это мы в такую рань выдёргиваем его из тёплого места! Отец запрягает его , потом мама кормит нас завтраком. Мы с отцом устраиваемся в телеге на хрустящее звонкое сено и трогаемся в путь.
Суксун там, за пологими горами, откуда восходит солнце. День обещает быть тёплым, август нынче балует нас. На ультрамариновом небе гнездятся розовые барашки облаков, медовый диск солнца освещает всё вокруг: и каменистые горы, поросшие можжевельником, и поля, засеянные пшеницей. Я волнуюсь, а вот Рыжик бежит по дороге уверенно. Чувствуется, что не раз в Суксуне бывал.
Преодолеваем последний взгорок и вот он, Суксун, открывается перед нашими глазами. Виднеется большое зеркало пруда, россыпь домов с разноцветными крышами по берегу. Подъезжаем ближе – да это целое море, дальний берег едва просматривается тонкой голубоватой полоской.
Едем по улице Калинина отец рассказывал, что раньше , до революции она называлась Слобода. Улица заканчивается, сворачиваем направо. Замечаю слева на пригорке церковь, отец говорит- Петропавловская называется.
- Сынок, вот плотина, - объясняет мне отец,- Её по приказу Акинфия Демидова еще в 1729 году построили, запрудили речку Суксунчик. Тут и пароход с железным корпусом запускали, назвали «Никита Демидов».
Плотина как большой мост, с одной стороны металлическая ограда, а с другой – кирпичная небольшая башня на подставке, слышно, как вода с шумом падает в сторону завода и там снова входит в русло Суксунчика. За забором видны старинные заводские цеха из плитняка и новые заводские помещения , уже кирпичные.
- На заводе в старину железо и медь плавили,- продолжает отец.- На крыши поначалу использовали, а потом кустари - медники стали самовары мастерить. А знаешь, где гнёзда медистого песчаника обнаружили? На наших каменистых горах, поросших можжевельником. Правда, потом залежи истощились, и завод из медеплавильного стал железоделательным.
Плотина, сынок, построена давно, в 1734-м, а нынче, в 70-м ее капитально ремонтировали, прослужит еще очень долго.
Двести тридцать шесть лет, значит, плотине, высчитываю я. А про самовары я знаю, у нас в доме аж три: два больших, угольных с подносами и маленький самовар. Его бабушке и дедушке на свадьбу подарили.
Проехали плотину и справа - сад с высокими деревьями, среди них маленький синий домик и несколько лодок у берега.
- Это лодочная станция сын.- В выходные местные жители на лодках катаются. А нижний сад – бывший парк господского дома, управляющего заводом Ивана Григорьевича Каменского. В доме сейчас школа находится.
- А мы как- нибудь приедем покататься на лодке?- спрашиваю.
- Конечно, приедем, - отвечает отец.
Да, пруд- это что-то, думаю я. А у нас в Диком Озере купаться можно еще и в Букиной яме, это типа небольшого озерца у дороги. Оно тоже довольно глубокое. Вода летом в нем хорошо прогревается. По берегу плотное кольцо ивняка. Мы там часто с отцом рыбачим, в Букиной яме полно карасей. Есть еще узкая речка Советинка , шириной всего пять метров, весной она, правда, разливается, выходит из берегов. Иногда я сажусь на взгорок повыше и жду, когда по воде пойдут волны, и они станут накатывать на мои босые ноги…
От завода поднимаемся в гору по улице Колхозной. Отец говорит:
- Ну, приехали. Наш Рыжик заходит под арку красивого старинного здания из белого кирпича, отец привязывает его.
Рынок… Какая большая площадь! По кругу торговцы с товаром. У каждого свое место – сверху деревянная крыша приспособлена , а товары на деревянных прилавках разложены. Одни бородатые мужики торгуют корытами, коромыслами, топорищами, бочонками для солений. Другие нахваливают глиняные горшки, вазы расписные и свистульки в виде птичек и сапожков. Женщины зазывают покупателей и предлагают варенья из разных ягод, мед, квашеную капусту. Мастерицы развесили разноцветные филейные скатерти и вышитые полотенца. Мы с отцом деловито обходим продавцов. Он достает деньги и покупает маме шерстяной платок, большую банку меда , а мне красивую свистульку – утицу.
Снова садимся на телегу и отправляемся домой. Обратный путь кажется короче. Теперь я знаю, какое у меня самое любимое место в Суксуне – пруд с его красивым парком. В следующий раз , когда с отцом поедем сюда, обязательно на лодке покатаемся . Он обещал…